Вячеслав Азаров: Радикалы нападают всегда неожиданно, исподтишка

3-08-2017, 19:25
Основатель, ведущий теоретик и председатель Политисполкома Политической партии «Союз анархистов Украины» Вячеслав Азаров рассказал о нынешнем политическом курсе Украины, о реалиях Одессы, засилье националистов в стране и своих планах на будущее.

Вячеслав Азаров: Радикалы нападают всегда неожиданно, исподтишка


Вячеслав, вы довольно известный в левых политических кругах Одессы человек. Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к нынешнему курсу национализма и украинизации страны?

Национализм антагонистичен анархизму, как в общем, и левому движению в целом. Все леваки – эгалитаристы, сторонники участия широких масс в управлении своей страной. Национализм же является элитарной идеологией. То есть, пути развития нации не определяются через консенсус интересов всех ее социальных и территориальных групп, а их диктует национальная элита. Те люди, что сегодня провозгласили себя такой элитой, выросли из комсомольских работников и цеховиков позднего СССР. В борьбе с постсоветской бюрократией они заручились поддержкой западных правительств и фондов, добровольно попали к ним в зависимость. В итоге, все капиталы и власть этой элиты, добытая переворотом на майдане, легализованы такой поддержкой.

Поэтому данная элита является не национальной, а компрадорской. Для нее и национализм, и украинизация – сейчас лишь инструменты достижения других целей. Это пропагандистская упаковка, направленная на разрыв экономических связей с Россией. Но не для усиления государственного суверенитета, а для последующего установления полной зависимости Украины от структур евроатлантического содружества. На практике такое движение представляет собой развал экономики и поглощение ее остатков за бесценок инвесторами Запада. По сути, это анти-национализм, предательство национальных интересов в чистом виде. А вся прорежимная публика от творческой интеллигенции до уличных активистов просто обслуживает данную стратегию.

Но и на этом пути возникли серьезные проблемы, - лукавая компрадорская элита пытается присвоить большую часть того, что обязалась отдать атлантистам. Именно в результате этих трений с метрополиями на первый план реформ (перестройки Украины под нужды Запада) вышла борьба с коррупцией. Разумеется, все группы поддержки такой элиты имеют свою долю в этом присвоении. Вы не найдете политолога, волонтера или уличного активиста, разорившегося на национализме и украинизации. Все они серьезно обогащаются на идеологическом и силовом обслуживании режима. В то время как широкие массы украинцев разоряются тарифной политикой, инфляцией и обесцениванием труда, созданными этой властью.

Что именно происходит в Одессе? Действительно ли там настолько сильны местные радикалы, например, Сергей Стерненко, Евгений Резвушкин, Марк Гордиенко и прочие?

Ситуация в Одессе развивается строго в рамках выше описанных общенациональных процессов. Как один из крупнейших центров Юго-Востока наш город и область в целом последние годы являлись ареной передела собственности и принудительного насаждения этой власти, происходящей из центральных и северо-западных областей и не имеющей местных корней. К тому же, регион является самым многонациональным в Украине, поэтому отторгает доктрину национализма и принудительной украинизации. Другими словами, местный бизнес и общественность сопротивлялись правящему режиму в экономической и культурной сферах.

В такой ситуации особо ценными кадрами становятся радикальные группировки, способные насаждать интересы названной «элиты» за рамками правового поля. Под опекой евроатлантических структур режим в Киеве не может действовать совсем уж неприкрытым террором, - это вредит имиджу атлантистов у них на родине. Поэтому неправовые способы принуждения режим делегировал радикалам, выставляя такую борьбу не как репрессии, а в виде противоборства разных точек зрения в украинском обществе. В Одессе прорежимных радикалов небольшое количество, по самым смелым подсчетам, несколько сотен. Поэтому для выполнения поставленных задач им дается карт бланш, а значит, и растет их влияние.

У вас были лично столкновения с кем-то из вышеназванных персон или какими-то другими «борцами за идею и нацию»?

В лагере радикальных националистов есть свои противоречия и столкновения. И отношения с разными группировками у нас сложились разные. Одни поддерживают городскую власть, другие не нашли в ней реализации своих требований, поэтому последовательно выступали на стороне противников мэрии – Гурвица, Саакашвили, Кивана. Ближе к мэру Гордиенко и Резвушкин. И так как наша команда анархистов боролась с Гурвицем долгие годы до Труханова, то и указанные радикалы не нападали на врагов своих врагов. Соблюдали нейтралитет. Разве что РГБ посылала своих людей на Соборку для блокады нашего «махновского марша» 7 ноября 2014 г. Но мы его и так отменили по решению суда.

Основные конфликты у нас происходили с ультраправыми, близкими к команде Гурвица, а потом и губернатора Саакашвили. На мэрских выборах 2014 г. после 2 мая мы первыми вышли под облУВД с требованием расследования этой трагедии, предлагали допросить Гурвица. В тот же вечер моему помощнику с двух сторон сломали челюсть. А почти через 2 года, в период проведения нами кампании против грузинской команды, уже напали на меня, отправив на пару месяцев в больницу. Основу нападавших составляли активисты ВО «Сокол» при партии «Свобода». Они же вместе со Стерненко нападали 6 декабря 2016 г. на наш митинг против тарифов под Одесским управлением железной дороги.

Расскажите, пожалуйста, подробнее об обстоятельствах нападений на вас и вашего коллегу.

Мой помощник Алексей, - известный анархист в субкультурных кругах города, многие знают, где он живет. Во время митинга под облУВД 7 мая 2014 г. он дал интервью каналам о распоясавшейся гопоте. Вечером его покараулили под домом и избили. Говорит, лишь запомнил, как три амбала вышли из белой иномарки. Я из больницы от него сразу поехал на встречу нового губернатора Палицы с руководителями областных партийных организаций. Ну, и в запале наговорил там про ультраправый террор на улицах. Неделя не прошла после трагедии 2 мая, и Палица при всех собравшихся дал поручение своему секретарю поставить на контроль расследование нападения. Но даже дело не открыли.

На меня напали 10 апреля 2016 г. Мы уже месяц, как вели кампанию против «команды реформаторов» в Одесской ОГА и на таможне. Выпустили программу на ТВ, вышли с митингом на морвокзал. А на следующий день после митинга нас подстерегли свободовцы на выходе с Аллеи Славы, где мы возлагали цветы ко Дню освобождения Одессы. Они дождались, пока я распустил основную группу и шел с тремя активистами. Нападавших было человек 15, прыснули газом в глаза, потом набросились. Сбить меня с ног не могли, поэтому кто-то зашел сзади и борцовским приемом бросил с прогибом. Мы оба приземлились на мою правую ногу и у меня оторвалась лодыжка. Потом добивали ногами на земле. Мне делали операцию, вставляли шунты. А полиция дело так и не открыла, хотя мы передали ей газовые баллончики с отпечатками пальцев нападавших.

Досаждают ли националисты вам или вашим соратникам и коллегам? Быть может, угрожают расправой или публично оскорбляют?

Нам обычно не угрожают. Во-первых, понимают, что это бесполезно. А во-вторых, общеизвестно, как мы умеем использовать угрозы расправы в правовом поле, вернее, в тех его остатках, что есть в Украине. На нас нападают всегда неожиданно, исподтишка.

Когда именно эти персонажи появились в городе и почему? Ведь еще буквально несколько лет назад тот же Алексей Гончаренко ратовал за второй государственный русский язык от регионалов, а спустя некоторое время радостно освещал трагедию 2 мая и фотографировался на фоне погибших в Доме профсоюзов одесситов, будучи депутатом от БПП.

Я не прослеживаю явных связей указанных радикалов с Гончаренко. Разве что, в общей канве обеспечения власти майданного режима в самом оппозиционном городе, каким является Одесса. Откуда взялись эти люди? Их появление извне закономерно больше, чем для других городов. Когда местное сообщество в подавляющей массе против политики центральной власти, одесситу, выросшему на этих традициях, морально тяжело и некомфортно идти против своих знакомых и друзей, по сути, их предавая. В такой ситуации иногородние и решительные граждане, не связанные местными отношениями, быстро выбиваются на передний край прорежимного активизма.

Когда идет масштабный передел собственности и контроля в оппозиционном городе, обслуживание режима за пределами правового поля дает немалую прибыль и статусный рост. Перед нами скоростной «социальный лифт», когда ранее неизвестные люди, вынесенные переворотом на гребень событий, начинают играть ведущие роли. Эти люди получают оружие и фактическую неприкосновенность со стороны правоохранительных органов. Со временем часть из них стала играть настолько важную роль, что уже пользуется поддержкой представителей центральной власти и даже использует ее в своей конфронтации с местными силовыми органами и муниципалитетом.

Как вы думаете, на чьи средства они существуют? Не верится, что радикалы действительно такие вот бескорыстные и действительно «борются за идею». Есть ли какие доказательства или факты их финансирования?

Я к этому и веду. Из указанных предпосылок возникает полукриминальный бизнес, только маскирующийся патриотическими лозунгами. Точными данными я не располагаю. Но это может быть «крышивание» и рэкет, возможно, оружие и наркотики. Поэтому такие структуры вполне могут бесплатно выходить на защиту режима, который обеспечивает им этот высокий статус и возможности. Ну, быть может, начинающие группки финансирует один конкретный магнат под свои цели. А состоявшиеся, - уже вполне самостоятельны и получают доходы из разных источников, в том числе, как ренту от таких магнатов.

Поэтому глупо взывать к совести этих радикалов, надеяться, что они как-то добровольно оставят такую деятельность, разглядят диктаторский характер нынешней власти. Во-первых, они прочно вцементированы в систему контроля этого режима. А во-вторых, что вы им можете предложить взамен, вернуться в неизвестность, из которой они возникли?

Скажите, пожалуйста, надолго ли на Украину пришло это явление национализма и каким образом, по-вашему, с ними можно бороться? Могут ли анархисты каким-то образом ускорить процесс выздоровления нашей страны? Есть ли какой-то план?

В указанной системе отношений режима с группировками ультраправых (ну, или просто бандитов, маскирующихся патриотизмом) кроется и слабость такого национализма. Под напором ли западных метрополий или социального кризиса внутри страны, но как только режим будет вынужден демократизироваться или произойдет смена его всем ненавистных лидеров на незапятнанные «белые воротнички», силовым органам придется пресекать незаконный бизнес радикалов. И вот тогда, в прямом смысле «за бесплатно» они не будут защищать эту власть, вместе с чем исчезнет и националистическая истерия, как пропагандистское прикрытие репрессий. Но без боя радикалы не сдадут свои позиции. Режиму придется либо расправиться с ними, либо направить в легальное русло.

В силовом плане ни анархисты, ни другие силы за пределами майданного пула не могут сегодня бороться с прорежимными радикалами. Никакой оппозиции в Украине не позволено иметь силовое крыло. Ее сразу объявят сепаратистами и надолго закроют. У наместников этого режима на местах есть лишь одно слабое место. Они боятся массовых волнений, как предлога к своей замене и, таким образом, потере кормушки. Поэтому большие скопления одесситов, как это происходит на 2 и 9 мая, правые радикалы могут только провоцировать. Но полиция сама старается охранять эти мероприятия и не допускать столкновений, которые выйдут из-под контроля.

Откуда главной задачей восстановления общественно-политических свобод в нашем городе и стране в целом является обучение широких масс населения самоорганизации и защите своих прав. Именно такие технологии являются отличительной чертой анархического движения, мы постоянно внедряем их в жизнь, создаем проекты, обучающие программы на телевидении. Нечасто нам удается заинтересовать в этом хозяев медиа, но мы иногда прорываем информационную блокаду.

Что же касается сотен политзаключенных на Украине, арестованных по надуманным причинам, в частности – за сепаратизм. Вы или ваша организация каким-то образом участвует в судьбе этих людей?

Идеи раздела страны мы не поддерживаем, а выступаем за возврат к мирной и легальной политике путем ликвидации последствий переворота. Именно в таком контексте мы выходили под облМВД, требовали объективно расследовать массовое убийство 2 мая. К тому же, 4 мая на Куликовом поле мы застали стихийную организацию одесситов для похода на горУВД и, как кандидат в мэры Одессы, я принял решение нашими силами сопровождать колонну, чтобы предотвратить провокации. Когда же протестующие стали ломать ворота управления, я звонил милицейскому руководству, урезонивая их, что лучше отпустить задержанных, пока не захватили оружейку.

Потом мы несколько раз участвовали в митингах на Куликовом поле, повесткой которых был протест против репрессий и призыв к объективному следствию. К сожалению, мы не обладаем ресурсами для оказания более серьезной помощи. С другой стороны, и сами анархисты не получали никакой поддержки после нападений на нас. Одна из серьезных проблем немайданной оппозиции, что она фрагментирована, между ее разными движениями не происходит должного диалога, выработки общего видения ситуации, координации действий, я уже не говорю о какой-то взаимопомощи. Вся немайданная оппозиция встречается лишь 2 мая на Куликовом и 9 мая на Аллее Славы.

И напоследок. Сейчас, по инициативе «свободовцев», в Раде вновь зарегистрирован законопроект о снятии Геннадия Труханова с должности мэра и перевыборах городского головы. В случае одобрения данного проекта, что, правда, маловероятно, выдвинете ли вы свою кандидатуру и что именно вы сможете предложить одесситам?

Данный законопроект четко ложится в выше описанное разделение ультраправых в Одессе, по которому ВО «Свобода» всегда поддерживала противников мэра и была основной силой на «антитрухановском» майдане. Как в 2014 и 2015 гг. я постараюсь участвовать в этих выборах. В предыдущие кампании у нас разработана и донесена землякам моя программа. Суть ее в реализации того самого эгалитаризма, с которого я начал эту беседу, - привлечения к самоуправлению широких масс горожан. Праворадикалы на службе у режима пользуются нашей разобщенностью и страхом. Но против массовых мероприятий типа Дня Победы они бессильны. Поэтому, не отдельные политические группы, а только широкое низовое движение за самоуправления, в котором участвуют все активные одесситы, сможет отстоять наши права и свободы.

Комментарии: